«УВУАДОР» - ЗНАЧИТ «ЛЕТАТЕЛЬ»

Рис. 1В русской дореволюционной литературе его называли «ученый монах Бартоломео Лоренцо Гусмао». В Бразилии его почитают как национального героя, где-то уважают, где-то считают фантазером… А между тем в начале 1709 года он получил в Португалии королевскую привилегию на постройку своего аппарата. Он называл его «Пассарола», что значит «воробышек», и описывал так: «Судно, которое плавает по воздуху, делая по 600 миль в день… чтобы перевозить всякие товары». В августе того же года модель аппарата была построена. Это был беспилотный тепловой аэростат.

In the Russian pre-revolutionary letters he was called «learned monk Bartalomeo Lorenzo Gusmao». In Brazil he is honoured as a national hero, somewhere he is respected and somewhere he is taken for a visionary… But meanwhile he got royal privilege for his device’s construction at the beginning of 1709 in Portugal. He named it «Passarola», that means «small sparrow». Mr. Gusmao described his device so: «A ship that sails on the air and does a way of 600 miles a day… to transfer different goods». In the same year in August the device’s model was ready. It was pilotless hot air balloon.

 

 

Об этом человеке сохранилось очень мало сведений. Да и те - скудные, противоречивые и сбивчивые. Известно, что происходил он из семьи бразильских колонистов. Известны даже даты его жизни: 1686-1727 годы. Он окончил католическую школу в бразильском городе Сантус, однако отказался от духовного звания и посвятил себя изучению физики и изысканию способов летания. Это был искусный инженер. Говорят, что именно он в одном из монастырей соорудил систему насосных установок для обеспечения монахов водой.

Его учителями были первые христианские миссионеры, исходившие вдоль и поперек Бразилию и Перу. Вполне возможно, что эти миссионеры были свидетелями полетов индейцев на тепловых аэростатах над плато Наска, или слышали рассказы о таких полетах. Сейчас также уже невозможно определить, какую страну имел в виду молодой миссионер, когда писал о полетах своей летательной машины в «страны, расположенные у земных полюсов». Может быть, это наша Россия?

В португальском произношении его имя звучит так: Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаон.

Оставив Бразилию, он в 1709 г. появился в австрийских владениях. В Австрии Бартоломеу своими познаниями естественных наук очаровал одну влиятельную даму. Она и помогла ему переехать в Португалию – на его, как сейчас говорят, историческую родину.

В то далекое время в Европе шла война за испанское наследство (1701-1714 гг.).

Португалия была уже обедневшей и экономически отсталой страной. По Метуэнскому договору от 1703 г. эта маленькая и гордая страна не имела таможенной защиты от английских товаров, и должна была воевать на стороне Великобритании за чуждые ей интересы. В 1707 г. королем Португалии стал представитель Браганцской династии
Жоан V. Король мечтал вернуть стране ее былое военное и экономическое могущество. И когда Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаон подал ему прошение на предоставление монопольной привилегии на свой летательный аппарат, Жоан V увидел в этом проекте средство, способное вернуть Португалии ее прежнее процветание.

Доподлинно известно, что король и ученый монах встретились в начале апреля 1709 г. Нам кажется, что Бартоломеу сильно обнадежил короля. Вот что он писал в своем прошении: «...При помощи этого аппарата можно будет передавать важнейшие распоряжения в самые отдаленные части государства с такой же скоростью, как сейчас. Ввиду огромного протяжения Ваших владений это чрезвычайно важно для Вашего Величества, ибо таким путем можно будет избегнуть злоупотреблений в управлении завоеванными странами, возникающих большей частью вследствие запаздывания распоряжений. Купцы могут быстро пересылать векселя и деньги; осажденные пункты могут во всякое время снабжаться войском, пищевыми припасами и вооружением; точно так же можно вывозить из осажденных городов и лиц, которые того пожелают, без всякой опасности для них попасть в руки неприятеля. Можно будет открывать страны, расположенные у земных полюсов, и португальская нация воссияет славой этих открытий и воспользуется плодами их, которые со временем обнаружатся...»

Видел миссионер и недостатки своего изобретения: «...Но так как изобретение это может повлечь за собой много беспорядка, так как при его помощи будут совершаться и укрываться многие преступления с расчетом скрыться после них в другие страны, то во избежание этого необходимо разрешить использование этим изобретением лишь одному лицу, которое во всякое время может получить приказание на такое путешествие, между тем как всех остальных должна постигать тяжелая кара...»

17 апреля 1709 г. ученый монах получил королевскую привилегию на свое изобретение. Она давала ему право на монопольное изготовление и применение воздушных кораблей. Жоан V предписал предавать нарушителей этой привилегии смертной казни. Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаон получил большую премию и кафедру в Куимброском университете.

В 1934 г. в Италии был найден рисунок, который, вероятно, и является копией утерянного чертежа. Рисунок был подписан: «Судно, которое плавает по воздуху, делая по 600 миль в день, изобретенное в текущем году в Португалии, чтобы перевозить всякие товары». Этот воздушный корабль назывался в рисунке «Пассарола» и состоял из «барки», высокой мачты с круглым парусом, парусообразного руля, улавливателей ветра для направления его на парашютообразный парус. По замечанию автора рисунка, в трюме находились 12 «служителей», которые при отсутствии ветра с помощью кузнечных мехов подавали струи воздуха на парус.

Еще один рисунок «прибора» де Гужмаона, выполненный неизвестным художником ХVIII века, хранится в Парижской национальной библиотеке. Дореволюционный исследователь жизни Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаона Фердинанд Дени, изучая этот рисунок, назвал воздушную машину монаха «ни к чему не годной диковиной».

«И при чем здесь аэростаты?»- спросит читатель, и будет прав. Действительно, «Пассарола» ничего общего не имеет с аэростатическим летательным аппаратом де Гужмаона. На обоих рисунках отсутствовала главная часть воздухоплавательного аппарата – оболочка, наполненная легким газом или горячим воздухом.

Рис. 224 июня 1709 г. в венской газете «Винше Диариум» появилась статья, которую в наши дни обязательно назвали бы научно-фантастической. В статье, как о свершившемся факте, рассказывалось о том, что «намедни жители Вены с большим изумлением наблюдали за полетом гигантской птицы». Ее сопровождало огромное множество обычных птиц. Когда стая приблизилась к земле, то оказалось, что гигантская птица является не чем иным, как летательной машиной с распущенными парусами. Человек, находившийся на этой машине, хотел опуститься на площадь, но ветер не давал ему такой возможности. Он сносил корабль к собору святого Стефана, причем парус зацепился за шпиль собора. Два часа путешественник пытался освободиться. Наконец он сумел отбить конец шпиля и опуститься на землю. Под охраной солдат, чтобы толпа любопытных не задавила его, путешественник был отведен в гостиницу «Черный орел». Немного отдохнув, путешественник вручил властям, важным лицам и прибывшему к нему португальскому посланнику письма от короля.

Путешественник рассказал, что он на своей новоизобретенной воздушной машине вылетел из Лиссабона 22 июня. Через два дня он был уже в Вене. Ему пришлось преодолеть всевозможные опасности, борьбу с орлами, аистами и неизвестными на земле птицами. Не захвати он с собой две секиры и четыре ружья, не долететь бы ему живым. Когда он пролетал мимо Луны, то там возникла большая сумятица. Странствующему монаху удалось разглядеть жителей Луны. Они напоминают людей, но у них нет ног. Эти люди заключены в скорлупы, как черепахи. Если соизволит португальский король, то он сможет с сорока-пятьюдесятью летательными машинами и четырьмя-пятью воинами в каждой легко завоевать Лунное царство.

Далее в статье говорилось, что путешественника тем не менее арестовали. Его заподозрили в колдовстве и сожгли вместе с воздушной машиной. Машину сожгли для того, чтобы «осталось неизвестным искусство, которое, став общим достоянием, могло бы произвести большой беспорядок в мире».

Вскоре в Австрии, снова без указания имени, была издана отдельная брошюра, посвященная этому «замечательному перелету». Она называлась «Описание чудесного воздушного корабля или искусство летать. Изобретение одного монаха из Бразилии, сообщенное им Его Величеству королю Португалии и приведенное в исполнение 24 июня 1709 г.». На обложке красовался рисунок воздушной машины, который мы воспроизводим на рис. 1 и 3.

О настоящем летательном аппарате нашего героя – ученого монаха – все-таки сохранились достоверные архивные сведения и воспоминания современников. Это был действительно аэростат! Но его демонстрация Жоану сыграла с воздухоплавателем злую шутку. У Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаона, обласканного королем, появилось много завистников. Они стали нашептывать королевской чете, что «бразильянец» не сможет построить воздушный корабль для завоевания стран, близких к полюсу. Статья в венской газете послужила поводом для насмешек над изобретателем. Некоторые недоброжелатели прямо обвинили изобретателя в авторстве статьи, так как, говорили они, только таким способом монах мог получить европейскую известность.

Последнее предположение особенно не понравилось властолюбивому королю. Во дворе стали поговаривать о государственной измене Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаона. Изобретателем заинтересовалась и святая инквизиция: в Австрии-то подобного «летателя», сожгли за богохульство. Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаона могли спасти только решительные действия. И он решает публично открыть секрет своей «Пассаролы».

Де Гужмаон принялся за постройку модели воздушной машины, и в начале августа 1709 г. она была уже готова. Это был беспилотный тепловой аэростат
(рис. 2). По поводу особенностей его конструкции трудно сказать что-либо определенное. Оболочка, предположительно, имела жесткий каркас из ивовых прутьев. Каркас оклеивался (обшивался?) толстой и плотной бумагой (холстом?). Внутри оболочки крепился небольшой резервуар неизвестной конструкции, наполненный горючим веществом. В резервуаре плавал зажженный фитиль.

Первый подъем был назначен на 3 августа, но в самом начале наполнения оболочки горячим воздухом «Пассарола» вспыхнула и моментально сгорела. 5 августа состоялась вторая попытка. В этот раз аэростат поднялся в королевском дворце до потолка, а там... снова вспыхнул. Только проведенный 30 октября воздухоплавательный опыт оказался благополучным. Подъем состоялся во дворе Дома Индии. Аэростат поднялся высоко в небо и плавно опустился. Королевская чета и их придворные от увиденного зрелища пришли в восторг. Счастлив был и сам изобретатель.

Рис. 3Летал ли позже на своем аэростате Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаон? Достоверно неизвестно, но архивные документы, обнаруженные в Португалии в 1971 г., говорят, что аэростат, запущенный 30 октября, был огромным и вполне смог бы поднять «увуадора», то есть «летателя». Некоторые издания говорят, что де Гужмаон в октябре 1709 г. все же поднялся на своей «Пассароле» на высоту более 1000 м.

Триумф обернулся трагедией. Король требовал боевых воздушных кораблей для захвата новых земель. Что мог предложить ему Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаон? Ровным счетом ничего. Ему стали грозить расправой. И тогда ученый монах решился. Предание гласит, что он сжег все чертежи и уничтожил все материалы, связанные с постройкой «Пассаролы», а затем бежал от королевского гнева и преследований святой инквизиции. Война и новые интриги отвлекли Жоана V от «Увуадора», а Португалия лишилась самого чудесного мирового приоритета.

Но есть страна, которая свято чтит память Бартоломеу Лоуренсу де Гужмаона как «Увуадора». Это – Бразилия. Здесь в городе Сантус поставлен памятник ученому монаху, в 1930-е годы в стране действовал дирижаблепорт имени де Гужмаона, который принимал германские цеппелины, перелетавшие Атлантику.

Снимем и мы шляпу перед памятью мужественного ученого монаха, дерзнувшего впервые с помощью теплового аэростата принести народу «многочисленные пользы».

Михаил Павлушенко, Ольга Атамас

Вы здесь: Home Каталог Статьи Наши истоки «УВУАДОР» - ЗНАЧИТ «ЛЕТАТЕЛЬ»